Центр продаж новостроек

(342) 2-780-155

(342) 2-700-155

Просто. Быстро. Выгодно. Безопасно.

Андрей Ляшков рассказал в эфире "Эха Москвы" о безопасности сделок с недвижимостью

– Добрый день, дорогие друзья! Как всегда, по четвергам, на «Эхе Перми» программа «Районы-кварталы». Меня зовут Артем Жаворонков и в гостях у нас наш постоянный эксперт Андрей Ляшков, директор агентства недвижимости «Ларец». Андрей, добрый день!

 

– Добрый день, Артем, добрый день, уважаемые радиослушатели!

– Сегодня мы будем говорить о безопасности сделок с недвижимостью. Так что же все-таки такое безопасность сделки на рынке недвижимости? И правда ли, что сегодня не все специалисты, работающие на рынке, несут какую бы то ни было ответственность? Я имею в виду специалисты, участвующие в сделках как посредники, несут ответственность за то, что мы, в общем, приняли называть безопасностью?

– Ну вот что такое безопасность сделки, как я ее понимаю? Это все-таки спокойно проведенная сделка вне зависимости, на каком рынке она прошла – на рынке вторичного жилья, на рынке новостроек, на рынке коммерческой недвижимости, на рынке загородной недвижимости. Вот если сделка прошла комфортно и без последствий, значит эта сделка прошла достаточно безопасно.

– Без негативных последствий. Пусть позитивные останутся.

– Без негативных, потому что вообще на самом деле рынок недвижимости всей, он поменялся за два-три года, наверное, градусов на 180. И вот классические схемы обмана, о которых часто упоминалось по телевизору, это когда какие-нибудь черные риелторы обманывают бабушек, как спаивают, вывозят куда-то за пределы края, региона. Ну может быть это и случается, да, но это какие-то такие маргинальные личности, очень редко, и сейчас, по-моему, уже даже о таких и не слышно. Рынок усложнился, способы обмана и отъема денег у населения усложнились. И появились новые информационные технологии, и правовая грамотность населения увеличилась, и, видимо, мошенники тоже…

– Идут в ногу со временем.

– Да, идут в ногу со временем. Но тут даже речь не столько о мошенниках, потому что ну это всегда будет, и все-таки здесь, конечно, можно себя обезопасить, но, опять же, надо обращаться к специалистам, чтобы они знали, какие виды мошенничества сейчас появляются. Вот если пройдемся по разделу «рынок вторичного жилья, новостроек, коммерческой недвижимости», все-таки какие риски там случаются… Ну с более мне близкого рынка вторичного жилья могу сказать так: появилось очень много компаний, которые предлагают различный спектр услуг, кроме посреднических, ну, например, выдача займов. Берут, находят своих жертв, потому что по-другому я назвать это не могу – просто эти жертвы, которые нуждаются в деньгах, и за какую-то там, ну не знаю, за 200-300 тысяч рублей переписывают на них квартиры и дальше эти квартиры уже продаются даже без ведома этих людей. Ну может быть даже где-то с ведома, где-то без ведома. Такие случаи уже в Перми есть, и даже у той компании, которая в вашем же здании сидит, знаю я такую информацию. То есть появляются такие уголовные дела, но они, как правило, очень долго идут, ничем не заканчиваются, и пока они до какого-то логического завершения может быть, дойдут, еще многие десятки, десятки людей будут обмануты.

– То есть, получается, что люди за сравнительно небольшие деньги закладывают собственные квартиры?

– Да, и далее эти квартиры появляются на вторичном рынке. И эти квартиры покупают добросовестные приобретатели. Ну вот насколько они добросовестны, это уже будет суд, когда будет следствие, будет доказано, против ли воли выбыли эти квартиры, можно ли считать этих покупателей добросовестными. Вот здесь вот такие моменты. Это, конечно, все эти нюансы надо знать. Вот когда все-таки работаешь очень давно, у тебя есть этот опыт, знания, ты знаешь, какие компании этим занимаются, знаешь, что происходит на рынке, что именно вот эта квартира именно вот к этому рискованному, ну скажем, объекту недвижимости относится. Ну вот что касается вот таких компаний. Но мошенничеств на самом деле много. Вот что касается вторичного рынка, все, наверное, знают, что был принят закон о банкротстве физических лиц. Можно выйти спокойно на сделку, будучи уверенным, что с квартирой с вашей ничего не произойдет, вам даже зарегистрировали переход права по сделке, но потом выясняется, что у человека, например, миллионные долги. И даже по базе судебных приставов не видно, что этот человек является должником, просто на сегодняшний день у него есть много долгов, может быть пять, шесть, семь, десять миллионов рублей, но банк просто еще не обратился в суд о взыскании.

– А как тогда риелтор, добросовестные риелтор может проверить эту информацию?

– А дальше просто может быть… Видите, бывает еще так, что продавцы просят занизить стоимость квартиры. И когда пойдет все-таки речь о банкротстве этого физического лица, может банк выступить инициатором, будет финансовый управляющий, который, в свою очередь, будет смотреть, какие сделки были произведены с имуществом должника и начнет все эти сделки подряд оспаривать. Тем более, если там было несоответствие рыночной цены и цены, которая была указана в договоре, то сделки уже оспоримы. То есть вот как вот такие моменты? И таких вот именно рискованных объектов появляется все больше и больше. Ни для кого не секрет, что у нас экономическая ситуация в стране достаточно…

– Тяжелая.

– Тяжелая, так мягко сказать. Кредитная нагрузка на население постоянно возрастает, у нас народ не перестает брать кредиты, кредиты на кредиты, и так далее. И как раз вот такие сделки, вот такие объекты рискованные, они появляются все больше и больше, просто мы об этом уже знаем. А когда еще только закон был принят, мы сразу же понимали, что есть риски утраты права собственности, вот им приобретая. Поэтому здесь надо обращаться к специалистам, нормальным крупным агентствам, чтобы все-таки это проверяли. Ну у частных риелторов, может быть, нет ресурса это все, и не знают, как это проверять. Ну я не то чтобы там совсем против частнопрактикующих риелторов, но просто надо оценивать и понимать, кто сможет на каком этапе эти риски оценить, дать вам правильную рекомендацию, и в конечном итоге, чтобы у вас не было никаких негативных нюансов и последствий.

– Предвосхитили вы вопрос слушателя, который я хотел вам чуть позже адресовать, но уж коль до этого речь зашла, вам, наверное, легко говорить – вы владелец бизнеса, вы руководитель, но вы ведь не сможете досконально проверить каждого человека, работающего на вас? Или вы ведете реестр тех объектов, с которыми работают люди, работающей на вас компании?

– В любом случае, у нас за одиннадцать лет работы отработан уже механизм проверки, то есть исполнитель – конкретный риелтор, выполняет только определенную свою задачу. Ну даже подача объявлений – это не его функция. И проверка объекта – это не его задача. То есть он у меня продажник, то есть надо четко понимать, что вообще компания, когда… ну я вот, опять же, сравню нас с частнопрактикующим риелтором, который сам себе юрист и сам себе продажник, сам себе маркетолог и много, много, много там можно пальцев загибать, кто он, чтобы полный спектр услуг, но таких людей не бывает. Поэтому вот агентства и существуют достаточно успешно, потому что у них все-таки какое-то присутствует разделение труда. Юрист отвечает за свое, человек, который занимается продажами, он отвечает за свое, человек, который занимается рекламой и продвижением объекта, отвечает за свое. Все-таки это какой-то коллективный разум. И я понимаю, что бывает еще человеческий фактор. Чтобы человеческий фактор исключить, чтобы не было проблем в дальнейшем у клиентов с объектом недвижимости, все-таки я рекомендую обращаться в нормальное сертифицированное агентство, которое смогут клиенту оказать полный перечень нормальных услуг.

– Вопрос, который тоже пришел к нам, к одному из наших прошлых эфиров: как определить компетентность агентства недвижимости? Ну одно дело, когда имя у тебя на слуху, но ведь этого можно добиться, просто разместив объявление о себе в средствах массовой информации, например?

– Ну на самом деле это не показатель, и мы все равно смотрим, откуда к нам обращаются. К нам 60% – это рекомендации, то есть какая-то часть рекламы и часть зашли вот…

– Риелтор, как юрист, как парикмахер, его из рук в руки передают?

– Да, здесь по-другому не может быть, тем более, когда уже давно работаем, мы все равно отслеживаем конверсию, но в среднем на 60% это все-таки рекомендации, меньше от рекламы, хотя мы… Потому что конкуренция очень высокая, на рынок зашли очень много сетевых агентств, очень много народа жалуется по их методикам, потому что федеральные сети…

– Даже мировые…

– Мировые сети, да, по франшизе. Много компаний, которые именно практикуют франчайзинг и определенные методики работы они им прививают. Но у нас народ не привык, население, именно к таким жестким. Ну достаточно очень много жалоб и к нам люди потом приходят: «А помогите расторгнуть договор». Вот, например: «У нас сорвалась цепочка, я потеряла задаток». Вот мне сегодня пакет документов принесли от крупной сети, когда просто человек: «Помогите мне отсудить мои деньги». Была неправильно сделана работа, человек потерял задаток, даже она не потеряла задаток, то есть она сейчас возвращает по суду те денежные средства, которые там дальше она передала, а с нее требуют эти деньги. «Помогите мне взыскать эти деньги с агентства недвижимости, которое мне всю эту сделку сопровождало». Крупная федеральная сеть.

– Ну это реально подобные сделки оспорить?

– Ну здесь очень сложно, потому что агентство недвижимости, оно отвечает за услугу, которая… Если она, услуга эта, не была оплачена по факту, все равно агентству оплачивается по факту. То есть вот ну какую оно может нести ответственность? Только в размере принятых вознаграждений. Кто бы что ни говорил о какой-то ответственности риелторов, если агентство на себя не взяло добровольно какие-то обязательства перед клиентом, то с агентства ничего и не взять.

– Несколько вопросов как раз о безопасности сделок на вторичном рынке. Вот, например, как быть с квартирами и долями в квартирах в домах, которые признаны аварийными. Вот как раз квартиры в домах, признанных аварийными, как быть с ними? Вы сказали, что слышали эфир с семейной парой, которая оказалась в ситуации, когда они ни сами квартиру продать не могут, ни выехать из нее, потому что их дом признали аварийным, хотя он таковым, по идее, не является. Но я знаю, что есть огромный пласт сделок, которые связаны с, ну скажем, не совсем легальными, что ли, схемами отъема денег у государства, когда в бараке, признанном аварийным, идущим под снос, для того, чтобы урвать барыши, получить какую-то компенсацию, вдруг на 50-ти квадратных метрах образуется 50 собственников. Эта практика сохранилась?

– Была такая практика активна, но это можно сказать до 2008-го, 2010-го года. Я даже знаю по фамилиям тех людей, которые этим…

– Промышляли.

– Активно промышляли, когда там тысячные, чуть не миллионные доли были. Все-таки у нас судебная практика стоит на том, чтобы человек получил ровно стоимость, рыночную стоимость своей доли. То есть, если дом был признан аварийным, человек имеет право на какую-то тысячную доли в этом доме, подлежащем сносу, то он получит равно эти деньги.

– Ну а если посмотреть на эту схему не как на схему мошенников, желающих побольше заработать, а как на схему людей, которые хотят улучшить свои жилищные условия? Действительно, жили в бараке. Ведь очень часто размер компенсации не соответствует уровню их потребностей в новом жилье. Это либо из центра в отдаленный район…

– Вот если по закону, то дополнительно к стоимости тех квадратных метров, которые у человека были, можно получить компенсацию за переезд, за вынужденный съем жилья, в том числе за риелторские услуги, то есть это я точно знаю. И причем этот вопрос решается добровольно. Насколько я знаю, управление жилищных отношений администрации города Перми – если есть заключение именно о стоимости, будет предоставлена справка – я вот знаю, что все-таки администрация идет навстречу и это людям выплачивается в добровольном порядке. И тут даже смысла нет порой и в суд обращаться, потому что суд те же деньги условно и присудит.

– Вопрос, кстати, вслед этой теме пришел: а риелторы вообще не считают это, ну не знаю, сложным активом для того, чтобы ввязаться в сопровождение подобных сделок? Ну я знаю, что на рынке не слишком много сделок с участием материнского капитала, риелторы охотно идут на то, чтобы помогать его реализовать в части приобретения объектов недвижимости. А вот сопровождение сделок, когда речь идет об аварийном жилье, в вашей практике встречаются подобные истории?

– Как правило, мы не связываемся с имуществом, которое является аварийным.

– Почему? – сразу возникает вопрос.

– Аварийное? Ну потому что сложно это реализовывать. Надо понимать, если даже вы этот объект продали, то потенциально оспоримая сделка. Опять же, не реализовать под это ни ипотеку, ни материнский сертификат, если дом был признан аварийным. Таких домов очень много у нас, часть Кировского района – двухэтажные бараки, они практически все аварийные и сделки по этим объектам совершаются. Здесь прямого запрета нет.

– А если посмотреть на это, как на помощь людям, живущим в аварийном жилье для того, чтобы приобрести им квартиру поновее. Были такие обращения, когда люди приходили и говорили: «Мне государство предлагает конкретное жилье в конкретном доме, ехать туда не хочу, есть эквивалент денежный, помогите подобрать». Это считается сложной сделкой на рынке?

– Нет, абсолютно несложная сделка, поверьте. Гораздо сложнее сделки у нас практикуются чуть ли не ежедневно. И если государство выплачивает компенсацию, то никаких проблем, мы поможем приобрести то, что люди хотят, добавить может какие-то средства ипотечных кредитов и все-таки улучшить жилищные условия. Я вот все-таки пока пользуюсь эфиром, хотел… Вот мы сейчас про вторичный рынок. Я все-таки хотел затронуть рынок первичного жилья, потому что тоже много рисков таит. Я хочу достаточно вкратце, поскольку время эфира ограничено. Ситуация на рынке связана еще с тем, что очень много строящихся объектов. Я не знаю, чем застройщики руководствовались, когда бесконечно много реализуют проектов и, видимо, не оценивают, а платежеспособный спрос населения, он каков на сегодняшний день и в перспективе нескольких лет. Я знаю, что крупная компания такая – «Камская долина», вот непосредственного руководителя КД-консалтинга – Епишина Эльвира Дмитриевна, она, ну действительно, они проводят эту работу и понимают – насыщение рынка того или иного типа жилья, например, квартирами-студиями. Сейчас очень много таких квартир появляется на рынке, такие проекты новые начинают реализовываться – и кто их будет покупать и не получится ли так, что объектов построят много и они будут стоять, будут не реализованы, за счет этого будут потенциальные банкротства застройщиков. У нас уже первые ласточки с первым пермским… Я предполагаю, еще будет несколько крупных застройщиков, насколько мне известно. Не буду, чтобы…

– Панику не создавать.

– Чтобы не попасться на какие-то иски, потому что нету решения суда еще и претензий. Но мы точно знаем и уже не рекомендуем такие застройки. Поэтому перед тем, как ввязаться…

– Назовите, просят.

– Нет, ну… Не будем.

– Не будем, ну да, здесь радио, пока не стоит.

– Да, можно почитать отзывы просто перед тем, как выбрать новостройку. И рынок-то ведь у нас поменялся почему на 180 градусов? Потому что появилось очень много хороших новостроек и люди стали в меньшей степени смотреть на рынок вторичного жилья, все хотят купить новое жилье. И поэтому я все-таки граждан призываю перед тем, как может быть даже купиться на очень выгодное предложение, например, подрядчик от крупного застройщика, дисконт минус 25-30 процентов – и вот, пожалуйста, покупайте права. Но просто не факт, что эти объекты застроятся. Вот поскольку мы еще агентство, сами занимаемся строительством, мы понимаем, что такое себестоимость. Вот если продается объект ниже себестоимости, то есть мы понимаем, что это очень дорого – построить такой полноценный объект, и, сделав благоустройство, его сдать. Это сложная работа, то есть это дорогостоящее.

– Нашей слушательнице вот просто добавлю, что вот позвоните в агентство недвижимости «Ларец» и узнайте там этот список, вам там посоветуют. Напомню, что в гостях в программе «Районы-кварталы» сегодня директор агентства недвижимости «Ларец» Андрей Ляшков. Спасибо, что набрасываете свои вопросы. Я на сто процентов, сразу скажу, уверен, что Андрей у нас не последний раз в эфире и все, что не успеем задать в рамках этого эфира, я переадресую в следующий. Вот уже несколько вопросов, заданных вам в предыдущих программах я озвучил в той или иной степени, потому что они соотносятся с нашей сегодняшней темой. Говорим мы сегодня о безопасности. Мы остановились на безопасности приобретения жилья в новостройках.

– Да.

– Здесь вот какой вопрос возникает: очень часто продавцы квартир в новостройках, бывшие дольщики, например, для того, чтобы не платить налоги, просят занижать стоимость. Ну это обычная практика, насколько мне известно, когда по документам квартира стоит меньше, чем в действительности за нее было уплачено. Чем это грозит?

– Ну смотрите…

– Кроме экономии налогов.

– Да, но это характерно не только для рынка новостроек, это для рынка вторичного жилья.

– Вообще рынка недвижимости.

– Да. То есть завышают, занижают стоимость, это поголовная практика, и просто много людей без первоначального взноса, особенно в последнее время все ипотечные кредиты, просто у людей нет денег даже 10-20 процентов своих, поэтому просят завысить или занизить. Чем это чревато? Чревато, во-первых, тем, что мало ли, если будет сделка признана недействительной по тем или иным основаниям, кто его знает…

– Вы получите только те деньги, что по документам.

– Только те деньги, которые указаны в договоре. То есть на какие-то другие деньги… Возможно, что-то и получится в качестве неосновательного обогащения, либо еще что-то, но я думаю, вряд ли тут будут суды сильно смотреть на все ваши дополнительные расписки. Будут ли это доп. соглашения или какая-то расписка, либо еще какой-то иной документ, в любом случае, договор должен отражать истинное намерение, истинные договоренности. Понятно, что есть еще варианты оптимизации, причем достаточно законные, когда объект можно реализовать, указав полную стоимость, и при этом не платить налоги, те же самые налоговые вычеты. То есть не всегда люди просто продают, они продают и покупают. То есть здесь можно. Это все зависит от компетенции специалиста. Понятно, что много очень инвестиционных квартир, в том числе по новостройкам, и хотят указать ровно точь-в-точь чтобы было. Но не надо же исключать возможные риски, в том числе может быть банкротство застройщиков, так или иначе. И пойдут разбираться: так, а кто, за какие деньги? Может быть человек вложил сюда два с половиной, а продал за четыре новостройку. Вот эти полтора миллиона каким-то образом скрыли, а потом при банкротстве застройщика какие деньги, кто что получит. Речь идет об этом.

– Вопрос как раз: «На этапе долевого строительства я вложил в квартиру полтора миллиона. После сдачи дома квартира стала стоить два с половиной. Продал за два. Все равно получается ниже себестоимости. Как быть тогда в таком случае?»

– Нет, купил за полтора, продал за…

– Да, продал за два, а такая же квартира после сдачи дома стоит, ну, скажем, два с половиной. То есть он все равно прибыль получил, но…

– Надо смотреть. У нас ведь есть часть вторая статьи 220-й Налогового кодекса. То есть там как раз доходы минус расходы. То есть, если человек получил прибыль, а тут, я так понимаю, 500 тысяч рублей, ну значит эта сумма будет облагаться НДФЛ – 13%.

– Нет, это вопрос к тому, что квадратный метр не может стоить ниже определенной цифры. Ну, скажем, само собой, что на этапе долевого участия квадратный метр будет стоить ну 25, ну 27.

– Нет, уже в последнее время… Я понимаю, когда рынок растет, можно вложиться, например, условно говоря, 30000-40000, хотя я понимаю, что себестоимость стройки все равно ниже 35-ти тысяч рублей быть не может. Ну, предположим, 35000 рублей, в дальнейшем, когда дом сдан, стало чуть, ну чуть-чуть там подороже, да, именно вот сейчас такая, вот именно такая ситуация, новостройки сильно-то и не дорожают. То есть застройщик, он ведь понимает, сколько его объект будет стоить после того, как дом будет сдан. Если он уверен, что его объект будет сдан, а скорее всего, поголовное большинство застройщиков на это очень надеется, они изначально выставляют цену, которая как на готовое жилье. То есть сейчас… Раньше, да, действительно, можно было инвестировать, покупать на каком-то начальном этапе и зарабатывать процентов 30 именно рентабельность к концу стройки. Сейчас такого ведь нет. Сейчас можно вложиться и продать дешевле.

–  «У нас четырехкомнатная квартира 87-го года постройки, панельная обычная квартира в спальном районе Балатово. Я слышал, что ваше агентство может поменять квартиру на таунхаус на «Вышке-2». Предложение еще в силе, и реально ли поменять квартиру ценой в четыре миллиона на таунхаус?»

– На таунхаус – да, застраиваем в Запруде, только не на «Вышке», в Запруде, но наши партнеры там и на «Вышке-2» строят. Ну да, в силе, осталось две квартиры, пожалуйста.

– Успевайте. А вообще, вот подобный обмен, это ведь еще нужно продать четырехкомнатную квартиру 87-го года.

– В любом случае, обмен – это все-таки игра слов, но это все через куплю-продажу. Понятно, возможен какой-то прямой обмен, но тут надо понимать, что договор долевого участия, по крайней мере у нас, то есть здесь-то каким образом можно обменять…

– Вы в любом случае будете смотреть на объект.

– Ну это будет через куплю-продажу, да.

– Вы сами, занимаясь строительством, не берете объекты с вторичного рынка в зачет?

– Берем, берем, берем.

– И потом реализуете их?

– И потом реализуем.

– Коммерческая недвижимость, целый блок, я так думаю, что не многим известно, какие там мошеннические схемы сегодня применяются.

– Вообще у нас рынок коммерческой недвижимости достаточно развит в Перми. Причем он именно в какой части развит? Это, как правило, это инвестиционные объекты, люди вкладывают с целью приобрести ту или иную доходность в месяц с определенным сроком окупаемости. В чем вообще-то это риск, рынок коммерческой недвижимости? Это, опять же, все в зависимости от контрагента. Надо понимать, что тут, скорее всего, сторона продавца выступает – там либо юридическое лицо, либо физическое лицо.

– Я можно ненадолго вас прерву? Обещали мы в заключительной части все-таки и звонки послушать.

– Ну давайте.

– Примерьте, пожалуйста, наушники, я вам сделал погромче, сейчас попробуем пообщаться с нашим слушателем. Здравствуйте, как вас зовут?

– Здравствуйте, это Лариса.

– Да, очень приятно.

– Я знаете, что хочу спросить у Андрея? Вот был 92-й год, я знаю одного человека, что он ну как бы по отписке, который человек умер, ему достались в Ленинграде, ну сокамернику, две однокомнатные квартиры. И вы понимаете, человек настолько его обманул, что продал, а когда этот человек вышел и сказал, что говорит: «Я ничего не знаю». Вы представляете?

– Ну вопрос-то ваш в чем?

– А вопрос в том, что вот понимаете, такие люди, как…

– То есть ваше желание было сейчас в эфире человека не совсем порядочного обозначить. К Андрею-то вопрос в чем? Вы хотите помощь, узнать, можно ли каким-то образом признать эти сделки начала 90-х незначительными?

– Да, да.

– Спасибо!

– Ну, уважаемый радиослушатель, я вот не люблю отвечать вопросы вот так, не познакомившись с документами, конкретной ситуацией. Если вам интересно, то есть я могу, наверное, да, свой телефон в эфире назвать?

– Да, конечно.

– Позвоните – 298-67-18, это мой прямой сотовый телефон, договоримся о встрече, я посмотрю ваши документы, выслушаю ваш рассказ, ну и там уже будем думать, или может быть просто какую-то моральную поддержку я вам могу оказать.

– 298…

– 298-67-18.

– … 67-18. Ну ждите сейчас звонков. «Покупал квартиру на начальном этапе строительства за 5 530 000. Сейчас застройщик на конечном этапе продает дешевле на один миллион». А, нет, на сто тысяч. Да, на сто тысяч, получается. В чем вопрос? Как такое возможно?

– Ну о чем я и говорил, что сейчас инвестировать в рынок строящегося жилья надо очень аккуратно. Есть, достаточно нам других инструментов, где можно хорошо заработать. Я думаю, рынок новостроек, наверное, уже сейчас не очень привлекательный с целью инвестиций. С целью сохранения денежных средств, и то, только у надежных застройщиков – возможно, да. Но с целью заработать – это нет. Что рынок вторичного жилья, что рынок новостроек, это сейчас все-таки не инвестиционный инструмент, а, скорее всего, рынок просто сохранения денежных средств. Надо понимать, что здесь, возможно, вот в данной рыночной ситуации можно еще и потерять.

– Еще один звонок. Добрый день, как вас зовут?

– Добрый день, Сергей меня зовут.

– Ваш вопрос.

– Я у гостя хотел спросить, вот объект в центре, который «Гулливер» называется, там много-много домов. Вот как он с точки зрения инвестиций? Ценники очень привлекательные.

– Ну я не хочу делать рекламу этому застройщику. С точки зрения инвестиций – что я вам и сказал. Застройщик крупный, цены высокие, там может так оказаться, что после того, как дом сдан, будет сдан, то есть я, скорее всего, уверен, что дом будет этот на 100% сдан, можно будет оценивать эту квартиру примерно так же, за сколько вы ее и приобрели. Ничего при этом не заработать. Если вы действительно хотите…

– Жилье для себя.

– Жилье для себя, то, пожалуйста, покупайте. Там, я так понимаю, очень много предложений.

– Вариант хороший.

– Вариант неплохой. Ну вот если место и само понимание, что это было на месте бывшей психиатрической больницы, если вас это не смущает, то, пожалуйста, приобретайте жилье.

– Вопрос о коммерческой недвижимости-то мы с вами так и не открыли, да? Давайте все-таки закончим с этой частью, и у меня есть вопрос, который задал один наш слушатель две программы назад аж. Он рассказывал про… Там целая история была, я попытаюсь ее сформулировать. Он приобрел квартиру на первом этаже, которая якобы была выведена под коммерческое использование, хотел открыть там магазинчик. В конечном итоге погряз в документах, погряз в каких-то разбирательствах, в общем, оказалось, что его, несмотря на то, что у квартиры был пробит на противоположную сторону выход, хотя основной был с противоположной стороны. В итоге открыть магазин он там не может до сих пор.

– Это очень распространенная ситуация. Ко мне много людей обращалось с таким вопросом. С чем это связано? Во-первых, нужно получить согласие жильцов. Если вам предлагают квартиру под коммерцию и с ценником уже, как будто бы это переведенный в нежилой объект недвижимости, надо очень задуматься. Я все-таки людям, своим клиентам, рекомендовал в начале получить согласие собственников именно на тот вид использования, который вы там предполагаете. Если это магазин…

– Это что должно быть, бумажка? Обходная бумажка?

– Это должно, протокол. Это должно быть все-таки общее собрание, либо в общей, либо в заочной форме, по-другому – нет. Кроме того, вам нужно будет заключение, вы ведь будете разбирать подоконный простенок, это часть общего имущества. То есть нужно, во-первых, будет заключение, что это не несет никаких…

– Угроз?

– Угроз, в том числе соседям, дому, конструктиву. То есть это достаточно серьезная процедура, я проходил ее не единожды, в том числе когда покупал себе офис и переводил, и оказывал такие услуги. Я понимаю это, достаточно очень много сложностей. Вообще по коммерческой недвижимости много нюансов, связанных именно с продавцами, то есть много юридических лиц, в том числе находящихся где-нибудь за пределами юрисдикции Российской Федерации, различные доверенности. Надо понимать, что все крупные объекты недвижимости, их собственники – юридические лица, зарегистрированные где-то в оффшорной юрисдикции. И разбираться в комплексе документов, причем очень крупные застройщики, в том числе пермские предлагают, и надо просто уметь разбираться. Это что касается крупных объектов, да и не очень крупных.

– И это как раз квалификация риелторов. Вот это был один из пластов вопросов, которые хотелось бы сегодня осветить, но время нашего эфира у меня, к сожалению, опять подходит к концу. Опять есть вопросы, ну тут такого частного характера, я так понимаю, пишет слушатель или слушательница, не знаю: «Из крупных застройщиков упомянутый кандидат на дефолт – это «Камская долина», судя по постоянным проблемам со стройками, отвратным качеством и отсутствием ответственности – это только то, что видел я, как недавний покупатель новостройки».

– Я про «Камскую долину» ничего не буду говорить, это… Кого я имел в виду, это не «Камская долина». Про «Камскую долину» ничего сказать не могу, то есть не буду говорить.

– Ни плохого, ни хорошего – вот так.

– Ни хорошего, ни плохого. Слухи о ее банкротстве уже лет 10 ходят, поэтому без комментариев.

– Такого же характера еще несколько вопросов пришло, но мы, увы, уже не успеваем, к большому сожалению. Это повод нам встретиться здесь еще раз.

– Да, обращайтесь к профессионалам.

– Андрей Ляшков, директор агентства недвижимости «Ларец», вот он вам один из них, пожалуйста, все, как на духу и в прямом эфире, так что имейте в виду, не каждый риелтор на такое способен, за что, кстати, Андрей, вам огромное спасибо. И еще раз спасибо, радиослушатели!

– Спасибо, радиослушатели, спасибо, Артем! До свидания!

– До свидания!

 

Источник - Радио Эхо Москвы в Перми.

Поделиться: